neisa
Конец сезона

Беты: ЭтоХорошо
Рейтинг: PG-13
Жанры: Слеш, Романтика, Фантастика
Размер: Миди, 28 страниц, 6 часть
Статус: закончено

О том, что было дальше, ты знаешь и так. Я прибыл в Каранас около одиннадцати утра, сразу потребовал кофе, команду стилистов и портного. В ожидании мастеров я плавал в ванной, благоухающей жасмином, и слушал шестнадцатую симфонию Адаро. Впервые я понял, что люблю переливчатые трели флейты. Напитав кожу благовониями, я передал себя в руки специалистов. Я не прочитал ни строчки текста и не посмотрел ни одного обучающего фильма за весь день. Зато в шесть вечера, когда первые флаеры стали спускаться на посадочную площадку, я увидел в зеркале мраморную скульптуру, мало напоминавшую пилота и инженера эцин.

Рауль расчесал каждую прядь моих волос, уложил их крупными локонами и придал им цвет восходящего солнца. Я видел, как каждый завиток лучится собственным светом. Плащ, который Марсель создал всего за пять часов, казалось был соткан из морской пены и серебристых звёздных лучей. Глубокий вырез рубашки открывал и длинную шею, и тонкие косточки ключиц, и едва заметные бугорки мышц на груди. Невесомое кружево закрывало кисти до середины большого пальца, но на просвет сквозь полупрозрачную ткань легко было разглядеть и запястье, и аккуратные мускулы.

В своё оправдание я мог бы сказать, что бал в доме владычицы должен был стать не только закрытием, но и самым ярким событием сезона. Если честно, это не помешало бы мне прийти на него в мундире. Для того чтобы обеспечить работой цвет индустрии красоты у меня были причины посерьёзней. Дождавшись, когда Рауль застегнёт у меня на шее тонкую золотую цепь, я протянул руку, чтобы оправить складку на плече – и тут же почувствовал не сильный шлепок по запястью – это был Марсель. Тогда я просто улыбнулся нашему общему отражению и сказал негромко:

- Благодарю.

Выслушав последние напутствия и дождавшись, когда стилисты уйдут, я развернулся и тоже вышел во двор. От моего флигеля до грота, где начиналось торжество, было пятнадцать минут пути, но я, кажется, потратил на дорогу все полчаса. Мы с Рейвеном уговорились встретиться в полночь у пруда, но меня не оставляло смутное беспокойство. Я надеялся увидеть его раньше – и боялся этого.

То и дело мне встречались знакомые лица. Каждый спешил раскланяться, а некоторые тянулись к моему запястью с поцелуем. Их обходительность раздражала меня, но она позволяла отсрочить момент истины, приближение которого наполняло моё тело сладкой дрожью. Когда я вошёл в грот, там уже было человек пятнадцать гостей. Они расположились группами под мозаичными окнами, отражавшими воду фонтанов, и в окружении картин из ракушек и кораллов казались русалками и тритонами, явившимися на божественное пиршество.

Я миновал центральную часть зала и чуть замешкался у тронов. Элеонор ещё не было, и это не могло меня не обрадовать. Я не спешил занимать своё место. Внутри меня дрожали невидимые струны, требовавшие действия. Я бросил взгляд на часы – было почти семь. Ещё пять часов. Как это мало, когда несёшься сквозь море звёзд в кабине истребителя. Как это много, когда отсчитываешь минуты до полуночи.

Дворецкий ударил жезлом о пол и провозгласил прибытие Дэртена Айри. Он прямиком направился ко мне, стоявшему у триады тронов, опершись о спинку самого правого из них. Айри склонился в глубоком поклоне и коснулся губами моей руки. Золотые волосы шёлковой паутиной скользнули вдоль запястья.

- Вы сегодня обворожительны, - сказал он, глядя на меня жадными голубыми глазами.

- Благодарю. Почему вы один?

- Патриарх болен, - сказал он, и в голосе его не было ни единого намёка на печаль.

- Полагаю, не очень серьёзно?

- Врачи затрудняются с диагнозом.

- Очень жаль, - мне действительно было жаль старика, - надеюсь, он поправится.

- Надежда – всё что у нас есть.

Он раскланялся и удалился прочь, а я снова вернулся к мыслям о Рейвене. Когда я устал стоять неподвижно и считать гостей, то взглянул на часы. Была половина восьмого.
Дворецкий ударил жезлом о пол. Переваливаясь с ноги на ногу, поддерживаемый изящной племянницей, вошёл патриарх Мелло. Они тоже приблизились, чтобы поприветствовать меня. Мелло пыхтел, щёки его были багровыми – видимо, дорога от стоянки до грота далась ему нелегко.

- Рад, что вы пришли, патриарх, - сказал я, - простите, нам следовало позаботиться о том, чтобы вас встретили.

- Ничего, ничего, мне помогла Луана, - он крепче сжал тонкую руку лежавшую на его локте. Я перевел взгляд на Луану и обнаружил, что веки её опухли, как будто она не спала накануне или долго плакала.

- С вами всё в порядке, Амелия? – спросил я.

Она робко кивнула и бросила короткий взгляд на дядю. Я тоже кивнул.

- Я постараюсь найти вас попозже, может быть, нам удастся поговорить, - сказал я.

Амелия присела в прощальном реверансе и парочка удалилась. Я посмотрел на часы. Было восемь часов. Объявили Аджеро Тао. Я напрягся, наблюдая как приближается ко мне худощавая фигура в фиолетовой мантии.

- Доброго вечера, Аджеро, - сказал я и сам удивился металлу звеневшему в моём голосе.

- Приветствую... Кай.

Я вздрогнул. Разумеется, он меня узнал.

- Вам понравилось наше гостеприимство?

- Я не очень люблю такие приёмы, - сказал я холодно.

- Потому вы и не были приглашены.

- И всё же, у меня были причины прийти.

- Вы нашли то, что искали?

Я торопливо улыбнулся.

- А вам, князь, нравится у нас?

Он усмехнулся.

- Да, - Аджеро чинно кивнул, - принцесса Аврора знает толк в балах.

- Берегитесь, Аджеро, в этих стенах её не стоит так называть.

Тао усмехнулся.

- Но как же мне называть её? Чтобы вступить в ранг императрицы ей следовало выйти замуж, такова…

- Такова традиция, - закончил я за него, - как видите, традиции не требуются, что бы создавать империи и властвовать над ними.

- Лишь до поры.

Не знаю, к чему это было сказано. Этот человек был мне неприятен, и я поспешил закончить разговор, тем более в дверях уже стояли ещё два патриарха. Катаики и Эмбер прибыли вместе. Я видел их уже не раз на заседаниях сената. Катаики был, как обычно, сухопар и выдержан, Эмбер сиял здоровьем и зрелой красотой. Меня удивило лишь выражение горечи, объединившее этих столь непохожих людей. Оба поздоровались вежливо, но сухо. Оба говорили коротко, ни словом не выдавая своих чувств.
Когда они ушли, было уже без десяти десять.

Лидия появилась к десяти. Всё так же избегая прикосновений, она расцеловала меня в обе щёки.

- Потрясающий вид. Чья эта работа? – она провела пальцами в миллиметре от кружевной манжеты.

- Марсель Вимале.

- Уверена, завтра нечто подобное наденут все.

Я усмехнулся. Конечно, уж Лидия об этом позаботится. Марсель не зря работает с императорским домом бесплатно – это лучшая реклама. Я наклонился к ней и прошептал в самое ухо:

- Что-то не так с Катаики и Эмбер.

Она кивнула и по лицу её пробежала тень.

- Это всё Орден.

- Ты что-то знаешь? – я испытующе посмотрел на неё.

- Скажем так, нас это не коснулось, - в её голосе звякнул метал, и я поняла, что дальнейшие расспросы бесполезны. - Где здесь подают устриц? – спросила она, меняя тему.

Я указал ей на сервировочные столы у окна.

- Благодарю.

Она исчезла в толпе, на ходу останавливая официантов и забирая с подносов бокалы, закуски и конфеты. Я вздохнул с облегчением – приветствовать остальных гостей лично от меня не требовалось. И в тот миг, когда я испустил этот облегчённый вздох, в комнату подобно кувшинке, дрейфующей по поверхности тёмных вод, вплыла Элеонор. Шея и пальцы её сверкали бриллиантами. Синий шёлк платья стлался шлейфом, будто осколок ночи, ворвавшийся в залу с улицы. Двое мальчиков пажей, облачённый в белые кафтаны, несли его на вытянутых руках. Она улыбнулась мне ослепительно и холодно, и я, кажется, ответил такой же улыбкой. Элеонор не сказала мне ни слова – лишь молча прошла к своему трону и, взмахнув шлейфом уселась на него, закинув одну стройную ногу поверх другой.

Уйти было бы невежливо, и я решил остаться. Ещё несколько минут она молчала. Затем щёлкнула пальцами, подзывая официанта, и взяла с серебряного подноса бокал с шампанским.

- Ты не пьёшь? – бросила она мне, не глядя.

Я поманил к себе официанта и тоже взял бокал.

- Как тебе понравилось у нас? – спросила она, отрывая губы от хрусталя. - Ты исчез довольно внезапно.

- Не в моём вкусе, - ответил я, радуясь уже тому, что не обязан говорить с ней вежливо.

- А у Тао?

Я бросил на неё молниеносный взгляд, но не встретив ответного, снова отвернулся к залу и натянул на лицо вежливую улыбку для всех.

- Ты ведь всё знала, так?

- Конечно, - остановив ещё одного слугу, она взяла с подноса оливку и закинула себе в рот. Юноше она жестом приказала остаться рядом.

- Тогда ты знаешь и остальное, - я покосился на лакея. - Извини, Элеонор, я собирался подышать воздухом.

Я поставил бокал на поднос слуги, в шуме музыки вряд ли было слышно, как стукнул хрусталь о метал – и пошёл прочь, армейской размашистой походкой. Лишь оказавшись на улице и обнаружив, что каблуки мои тонут в гальке аллеи, я заставил себя замедлить шаг. Было почти одиннадцать. На парк опустилась тьма, и только шары магический фонарей, проплывавших меж стволов ухоженных елей, развеивали мрак. Далеко у пруда кричали утки. Слабые звуки музыки не заглушали тишины, царившей здесь.

Я мог бы надеяться, что Рейвену так же не терпится, как и мне, но всё же знал, что приходить раньше времени не стоит. К тому же, я вспомнил одну вещь. Постояв в темноте несколько минут, я вернулся в зал и отыскал глазами Луану. Она стояла совсем одна в затемнённом алькове с бокалом красного вина в ладонях. Стараясь не вступать в ненужные разговоры, я пробрался в тот же конец зала и остановился около неё.

- Что случилось, Амелия?

Руки девушки дрогнули, роняя бокал, но я успел подхватить его на лету.

- Простите, - она опустила глаза.

Я ждал. Наконец она осмелела и снова взглянула на меня.

- Адмирал, помните, пару дней назад... я оказала вам услугу?

Я кивнул. Мне нравилась сейчас её прямота.

- Что вы хотите?

Она закусила губу. Фиалковые глаза её блестели, кажется, она готова была разрыдаться.

- Мой жених и мой брат. Сегодня у них день выпуска.

- Поздравляю, - сказал я вежливо, - но разве это так печально?

- Нет… и, всё-таки, да. Простите. Понимаете, их назначение… - она замялась. - Их назначение было оговорено. Брат должен был служить в Золотых эполетах, а Рино… мой жених… в исследовательских войсках. Знаете, там год службы считают за два, и призыв только через месяц. Мы надеялись успеть пожениться…

Я кивнул. Ничего удивительного. Мелло подкупили чиновников из отдела распределения. Но, видимо, не очень удачно.

- Что-то сорвалось? – спросил я.

Она кивнула и побледнела.

- Их… призвали в Орден.

Я хотел было скрестить руки на груди, но тут же вспомнил про хрупкие и невесомые манжеты, сделанное Марселем, и замер неподвижно.

- Вы можете мне помочь? – закончила она.

- Их уже отправили?

- Да.

Я покачал головой.

- Хотя бы одному… - сказала она нерешительно.

- Мне очень жаль.

- Но ведь вы тоже…

Она замолчала.

- Да, я служу в Ордене. Но Орден – не декоративный полк золотых эполет. Если принято решение воспользоваться правом призыва - значит, на то есть причины более серьёзные, чем вы или я можем себе представить.

- Меня выдадут замуж за его брата.

Я покачал головой.

- Я отказываю не потому, что не хочу, Амелия. То, что вы просите – невозможно.

Она вздохнула и отвернулась. Я уже приготовился уйти, когда она снова подняла глаза полные слёз.

- Но ведь вы оттуда, - я кивнул, - значит… слухи врут? Оттуда возвращаются?

Я покачал головой и повторил:

- Мне очень жаль.

Не желая больше смотреть на лицо девушки, оказавшейся в плену предрассудков и традиций, столь превозносимых Аджеро, я покинул залу и медленно побрел прочь. Что она станет делать? Я не мог представить себя на её месте. Брак наверняка был договорным, и толстой свинье Мелло безразлично, кто именно возьмет в жёны Луану. А ведь даже по меркам этих людей, так невинно распоряжающихся чужими судьбами, она штучный товар – красива, обходительна, и, кажется, умна. Она станет настоящей светской львицей когда-нибудь. Если подумать, не самая худшая участь.

Я остановился у поворота, за которым виднелись летящие линии моста. Оправил волосы и плащ. Последний раз посмотрел на часы. Раньше, чем я опустил руку, забили часы на центральной башне. Двенадцать. Я медленно двинулся вперёд, не в силах поверить, что этот час наступил. Разглядывая фигуру, облачённую в длинный чёрный плащ, метавшуюся по мосту из конца в конец, я предвкушал встречу, которой не мог дождаться весь вечер.

Я видел волнение в его походке. И он пришёл раньше времени – значит, тоже ждал этой встречи. Ещё только двенадцать, бал в разгаре, но мы уже освободились от дел и вся ночь в нашем распоряжении. Я видел, как треплет ветер длинные чёрные пряди, выбившиеся из под капюшона, видел ссутуленную спину и руки, скрещенные на груди. Действительно, уже довольно холодно. Не стоит нам стоять здесь, я, пожалуй, приглашу его к себе.

Наконец, аллея, показавшаяся мне бесконечной, перешла в каменные плиты моста. Каблуки зазвенели по мрамору, и стоявший на мосту обернулся. Я остановился. Осенний ветер ударил мне в лицо ледяными брызгами речной воды.

- Вы - Кай? – спросил он, и я видел, как глаза его лучатся восхищением.

- Да, - сказал я, изо всех сил сдерживая волнение, - а вы?

- О… - он, кажется, растерялся, - меня зовут Джон Месилк. Но это не важно.

Он замер. Я скрипел зубами, чтобы не торопить его.

- Простите, вы так прекрасны… Я теряю мысль. Вот, - он протянул руку с зажатым в ней конвертом, - это письмо меня просил передать вам молодой человек в перстне с сапфиром.

Негнущимися пальцами я принял из его рук конверт и выжидающе посмотрел на него. Джон Месилк не двигался с места.

- Простите… Никогда не прощу себе, если не спрошу… Что вы делаете завтра вечером?

- Взрываю астероиды в системе Ангара.

Мальчишка улыбнулся и покраснел.

- Я должен был спросить.

Он развернулся и бросился прочь. Впервые в жизни мои руки дрожали, когда я рвал плотный конверт. Он был очень тонким, и в нём лежал всего один листок. Я развернул его и поднес к свету.

«Дорогой Кай.
Хотя мы виделись всего несколько раз, мне кажется, ты стал такой огромной частью моей жизни, что я не смогу забыть тебя никогда. В мыслях я целую твои тонкие запястья. Твои пальцы ласкают мои волосы, принося блаженство. Я тону в твоих глазах цвета рассвета и льну к холодным гордым губам. Я столько хотел бы рассказать тебе, прежде чем ты осудишь меня. Я столько хотел бы спросить. К сожалению образы, которые теснятся в моём сердце, унося покой, останутся только в нём. Сейчас обстоятельства сильнее меня. Я не смогу появиться в Каранасе и в его окрестностях даже при самом благоприятном стечении обстоятельств. Я буду бороться, чтобы изменить свою судьбу, но если когда-нибудь моя борьба и поможет нам встретиться снова, мы вряд ли будем такими, как сейчас. Тебе следует забыть меня, если ты хочешь сохранить честь и положение в обществе. Я же постараюсь помнить тебя всегда.
Прощай и прости. Ворон дома Тао».

Я отвернулся от письма и поднял глаза к небу. С чего я должен верить, что это его письмо? Ни печати, ни росписи. А подчерка его я не знаю. С другой стороны, почему я должен верить словам, что написаны в нём? Всего три короткие встречи – только поэт увидит здесь любовь. Я отпустил письмо и увидел, как оно летит вниз, в ледяную воду. Слёзы не окрасят моих щёк. Кому нужны слёзы адмирала?

Ледяной порыв ветра рванул полу плаща и клочья пены пустились в путешествие вслед за письмом. Бесполезное великолепие, приносящее только горечь. Я опустился на корточки, чтобы подобрать упавший на землю конверт, но вместо этого замер и долго сидел неподвижно, глядя на ледяную воду. Слёзы неумолимо текли по щекам, как будто все события прошедшей недели могли значить хоть что-то. Мне было противно от собственной слабости, и чтобы прекратить истерику, я сделал то единственное, что пришло мне в голову – торопливо, обрывая застёжки, сбросил сапоги и прыгнул вниз с горбатого моста.

Итак, в моём последнем дневнике можешь видеть объяснительную записку моей глупости. Воспаление лёгких почти прошло. Эдгар пичкает меня тёплым молоком и мёдом раз в два часа. Вылеты с планеты мне пока строго противопоказаны, и я уже несколько дней валяюсь в постели и наблюдаю, как кружатся за окном белые хлопья снега. Впрочем, мне и не хочется выходить. Слабость пока что не покидает меня, но думаю, скоро мне станет лучше.
P. S. Ах, да, листок с письмом я, конечно же, поймал. Скучаю и жду. Твой Кай.

@темы: neisa, Конец сезона, Космоопера, НФ, Нам покорилось море звёзд, Слеш, скрытые тексты, тексты